Удовольствие от материнства или послеродовая депрессия?

Рубрики: БеременностьРоды  Нет комментариев

Удовольствие от материнства или послеродовая депрессия?

Испокон веков к родительству готовили с детства. В славянской детоцентрированной культуре, строя дом, первым делом в потолке делали дырку. Для чего? Для колыбели, зыбки! И вот, когда в той пестрой разновозрастной «расширенной» семье, где младенцы, молодые и зрелые жили все вместе, неумолчно поучаемые бабушками-прабабушками, рождался малыш, он селился в этой зыбке до четырех-пяти месяцев. И весь мир начинал вращаться вокруг него. Роженица, о которой близкие заботились по всем правилам, первые сорок дней не выходила из бани, где появился на свет ее ребенок. Ей не разрешалось ступать на землю и прикасаться к воде и огню. И света должно было быть как можно меньше. Видели окошечки в настоящих деревенских банях? Что это, заточение? Хотела бы я побывать в таком заточении!

Родившие детей в роддомах, принесшие их в ипотечные однушки и показавшие бабушке по Скайпу, только представьте: ты почти ничего не делаешь в этот волшебный синтезивный период, только знай себе налаживаешь грудное вскармливание, да вся деревня приносит молодой матери самую вкусную кашу, да опытные женщины приходят ее мыть, прибирать в баньке, топить печь. Спа по-старославянски, телесный релакс и восстановление психологического комфорта одновременно! Правда, потом – все. Вновь трудиться до седьмого пота и кровавых мозолей, чтобы выжить: ухаживать за скотом, растить урожай, растапливать, мыть, полоскать, тереть, скрести, полоть, прясть, штопать… А кто с ребенком? А с ребенком – бабушки, нянюшки, женщины, которые уже не в состоянии выполнять тяжелую физическую работу. И один взрослый занимается только ребенком. То есть не как мы: «вот я сейчас помою пол, посуду, сварю суп, а ты посиди в манеже». Нет, они полностью включены в процесс воспитания. Годам к трем к бабушке присоединялся дедушка, резавший до этого бирюльки, да плетший за печкой корзины и мережи, брался обучать деревенской премудрости. Не сомневаюсь, что все эти взрослые получали удовольствие от пребывания с малышом.

Получалось так, что ребенок был окружен позитивными эмоциями, у него не было чувства, что он мешает варить суп, что он лишний. Он чувствовал, что его любят, и что дети – это радостно и приятно, это весело и забавно. Да, случалось и поплакать, но в той, забытой нами культуре, строго следили, чтобы у ребенка происходило насыщение именно положительными эмоциями. На то были веселые ярмарки, шумные праздники, игры, бабушкины потешки, песни, сказки. Чтобы потом, живя в суровом климате и тяжелом крестьянском быту, не скатиться до «негативопреобладающего» мышления. И как эта любовь к ребенку проявлялась? До двух-трех лет – это безусловная любовь, впрок, на всю оставшуюся трудную жизнь, понимание того, что тебя любят таким какой ты есть. Но потом четко давали понять: надо стать полезным. Помог открыть дверь – а кто это у нас тут такой молодец? Помощник растет! Помогла тесто помесить – ай, хозяюшка ты наша! Выходило, что главный смысл жизни – быть полезным для своих родных, для социума. А что для нас социум? Это человеческий вид в целом. И воспитание потомства для поддержания вида – один из способов полезности. Не просто родить и отдать – а воспитание, выращивание!

Но что происходит в современном мире? Перенаселение планеты. Нам больше не надо! Мы больше не полезны, если даем потомство. Вот она – важнейшая причина однополых браков, чайлдфри-убеждений, выбора бесплодных отношений. Здесь, разумеется, нет места послеродовой депрессии. Что еще происходит в современном мире? Помните про безусловную любовь? Мир как эпидемией охвачен модой на эту самую безусловную любовь! Полюбите меня таким, какой я есть! А кому ты нужен, если ты бесполезен? Во главу угла ставится мысль, что ребенка надо любить таким, какой он есть. Вот только потом, достигая возраста активного участия в жизни, он ничего не хочет делать, ведь его уже любят таким какой он есть.

У него нет никакого стимула ни для чего. А тот, кто не любит безусловно – плохой! Вот обозначилась угрожающим рифом и первая причина неготовности к родительству, которая может повлечь за собой послеродовую депрессию. Есть и другая крайность – в детстве не додали все той же безусловной любви. И как следствие, внутренний ребенок новоиспеченного родителя борется за свое существование, ревностно относясь к новорожденному. Такие перекосы в воспитании ранее нашей культуре всегда пресекались. К родительству готовили, быть отцом-матерью учили с детства. Перекосы, допускаемые теперь в современном мире, и приводят к неготовности быть родителем. И, как следствие, послеродовой депрессии.

Послеродовую депрессию можно спутать с обычной депрессией. Но обычная депрессия – это о самой страшной потере в жизни человека –потере смысла жизни. Откуда она берется? Из представления о том, что человек сегодня стал идеальным, совершенным, а саморазвитие поставил во главу угла. Он нажился уже для себя, а что дальше? Общество, даже современное, имеет утилитарный характер. А для человека по-прежнему очень важно быть на пути служения человечеству. Но он не встал на этот путь, потому что мама с папой его и так любили. А вот плохое общество – не принимает, потому что ему неважно какой ты. Ему важно, что ты можешь полезного дать! Потому-то и путают часто послеродовую депрессию, если ребенок появляется у мам «за тридцать», с депрессией, связанной с кризисом среднего возраста.

А кризис среднего возраста – это в чистом виде потеря смысла жизни, что и понятно, ведь главный вектор сейчас – эгоцентрический, где нет места потребности в человеческом служении. Еще одна серьезнейшая причина послеродовой депрессии – это психологическая травма, полученная в роддоме. Трудно переоценить ее влияние на ресурсное состояние женщины, нехватка которого воспринимается ею как угроза для жизни. Очень страшно жить в мире, где нас не научили быть матерями и не мотивировали на родительство. Где господствует нуклеарная а не «расширенная» семья, где нет помогающих и замещающих взрослых, потому что бабушки и дедушки наших детей занимаются карьерами, путешествиями и личной жизнью. Где грядет перенаселение, и вдобавок нам внушили, что мы любимы такими, какие мы есть (что это как не призыв к пассивному поведению?). Где мы по уши увязли в саморазвитии, в медитациях, в бесконечном обустройстве личного пространства, в путешествиях и ретритах. И где после рождения ребенка у матери обостряется тревога за свою жизнь. Где очень хочется выбросить все, что мешает, из окна и потом, не справившись с потерей, выйти следом…

Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе важных новостей медицины

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>